О, сердце, сокровище моего горя


Дневники и записные книжки Андрея Платонова

В церковь входят, снимают шапки, но ругаются матом, перекрестившись и вздохнув.

Призывал женщин забросить бога и броситься в советское строительство.

Рабочий так долго рассказывал о способе повреждения, что его самого заподозрили во вредительстве.

1931-33

Не говори ты им про женщин, ведь слюни текут у них.

Весна стучится в ворота нашего района.

Как справимся не знаем, но все берем в свои руки — других рук нет.

Женщина растет, как всякая полевая культура.

Ураган сорвал собрание; чтобы сохранить население для собрания, таковое было отменено.

Колхозы живут, возбуждаясь радиомузыкой; сломался громкоговоритель — конец.

Котлован: отняв имущество, опустошили душу.

Интернационализм велик — жители найдутся.

Дети не едят сахару, чтобы создать социализм.

Раскулачили за то, что проживает девой.

Человек — сознательник, все оправдывающий непременным разумом.

Важно: определить систему сопротивлений.

Что эти кости делали, когда на них тело было!

Убили нечаянно женщину: чёрт с ней, она же мещанка была!

Несколько раз сходил с ума.

Страна темна, а человек в ней светится.

Я с тобой сошелся не этичничать!

— Ведь тебе умирать пора! — Кому? Я только начинаю!

Иван-дурак, это утешение барина-буржуя

Мечта об интервенции, вероятно, долго будет жить, даже при коммунизме, пока не обратится в смерть негодяев-интервентов

Как хороша жизнь от глупости!

У меня личный пессимизм, а оптимизм — весь социальный.

Тоска жизни, продолжающаяся без надежды.

Такая спешка, такие темпы, такое движение строительства, радости, что человек мчится по коридору своей жизни, ничего не сознавая, живя в полпамяти, трогая работу, не свершая ее, отмахиваясь от людей, от ума — и мчится, мчится, мчится, пропадая где-то пропадом, бесполезный, счастливый, удивительный.

Каждый человек с детства вырабатывает себе социальную маску, чтобы гарантировать себе наибольший успех. Уже с детства человек впадает в уродство: все люди на самом деле замаскированы. Что если б человек был без маски! Как хорошо!

У меня волос мягкий, как мое сердце: попробуй!

Субъективная жизнь — в объекте, в другом человеке. В этом вся тайна.

Разговор в бане: "Человек, как х.. — он сбрасывает нечистоты и производит будущее. Х.. — самое яркое выражение жизни".

Чтоб истреблять целые страны, не нужно воевать, нужно так бояться соседей, так строить военную промышленность, так третировать население, так работать на военные запасы, что население все погибнет от экономически безрезультатного труда, а горы продуктов, одежды, машин и снарядов останутся на месте человечества, вместо могильного холма и памятника.

И он, мужик, вошел к ней в тесноту плоти и обмер. Это было много раз, но небывало повторенья.

Для долговечности нужно поставить себя в положение "накануне ликвидации" — и проживешь два века.

1934-36

Чтобы жить в действительности и терпеть ее, нужно все время представлять в голове что-нибудь выдуманное и недействительное.

Моя молодость, прошедшая в организационных наслаждениях

Жизнь ведь не так и драгоценна, как думают: а ну гуртом и с песней под расстрел

Мы разговариваем друг с другом языком нечленораздельным, но истинным.

Наружность пошлая, волосы взбиты в уездную прическу, глаза с деланной нежностью, сладостью... В других отношениях — враждебна ко всем, ненавидит всех, — любовь к одному съела в ней все человеческое, обычное...

О любви изобретательной, ежедневной, ловкой, "обманывающей", "чарующей", нечеловечески терпеливой, искусной, — победившей и утолившей даже равнодушную жену. Еще раз и еще раз!..

"Это вы болеете от насморка, поноса, сквозняка, тифа, а я болею лишь высокими болезнями, непонятными для вас. Я — не вы!"

Трагедия оттертости, трагедия "отставленного", ненужного, когда строится блестящий мир, трагедия "пенсионера" — великая мука!

Наедине с собой, как вдвоем, вчетвером, — и собеседование, и дружба, — и безнаказанно, и интересно.

Человек это капля родительского блаженства, и он должен быть радостью.

1937

Костлявая земля

Женщины тяжелого поведения.

О, сердце, сокровище моего горя!

Какой здесь простой, доверчивый, нетребовательный, терпеливый народ — и дети тоже, как ангелы.

Брак — это не кровать, а сидят рядом муж и жена, плетут лапти на продажу день и ночь и рассказывают друг другу сказки, воспоминания, истории.

Облака на чистом, голубом небе, как перья, остатки крыльев исчезнувших, улетевших птиц.

Он умом своим был недовольный.

"Советская власть знает, как телят поить", — говорит молодая колхозница старой.

Уменьшить поскорее давление нужды о хлебе насущном. Это съедает человека, хотя и делает его каким-то фатально-спокойно-кротким.

Добро в человеке живет еще по инерции. Но надо уже добавлять его теперь же, а то иссякнет

1938

Меланхолия есть худший вид жадности, зависти, эгоизма: что не все досталось меланхолику — не все женщины, не вся слава и т.п.

Круглый, ясный, веселый, радующийся человек — постоянно в ресторане.

Со всеми мила, любезна, превосходна, как бы влюблена, но за этим есть лишь своя жизнь, забота лишь о себе.

Академия, строгость, наука, звания, а он живет кудрявый с гармоникой, поет, пьет, ебет — другой мир, ничего общего и как будто более счастливый.

Люди и животные одни существа: среди животных есть морально даже более высокие сущства, чем люди. Не лестница эволюции, а смешение живых существ, общий конгломерат.

Любовь к сыну или другу, несмотря на то, что, несмотря ни на что, любовь как рок

1941-44

"Я живу, можно сказать, плохо. Но это ничего: я привык жить плохо. Жив — и ладно. Больше я ничего и не имею, только живу".

Явная демонстративная доброта бывает компенсацией тайного зла. Мне нужен рассказ об этом.

Музыкант играл все лучше и тоньше, и все счастливее — он хотел осчастливить уходящих на бой с врагом.

— А когда ты будешь мальчиком? — (ребенок старику).

Сколько бывает неудач в изобретениях лишь от того, что нет терпения. Напр., печь простая сначала лишь охлаждает комнату, паровая машина вначале работает на одну конденсацию и т.д. и т.д. Лишь потом механизм "примучивается" и работает.

Немцы убили мать партизана, минировали ее труп, труп выставили на виду, сын-партизан увидел мать, приблизился к ней, обнял ее и — погиб.

Отчего худеешь? — Ведь ешь ты много! Ем много, а вздыхаю еще больше.

В предсмертный миг часто бывает у солдата: проклятие всему миру — убийце и слезы о самом себе, слезы разлуки навек. Слеза одна, на две не было силы.

1944-50

Андрей платонов
Андрей Платонов
"Я не для удовольствия вышла замуж во второй раз: у меня трое детей, их надо кормить, питать, одевать".

Каждый рождается со своей жизнью, со своей идеей, со своими, никогда не повторяющимися, ни на кого не похожими... в этом опровержение всех законов и протонов, в этом мозаика истории и смысл ее. Но кто имеет в наибольшей степени эту естественную природу — тот понимает другого лучше, чем тот, у кого это естественное свойство затушевано или находится в недостатке. Из того выходит дурное.

Как Тоша, умирая, говорил: "важное, важное, самое важное", — и умер, не сказав самого важного. Так самое важное уносится в могилу.

Бог есть неповторимое и скоропреходящее в существе, непохожее ни на что, ни на кого, исчезающее и дивное. Святость есть утрата жизни, утрата и божественного.

Нет, все божественное — самое будничное, прозаическое, скучное, бедное, терпеливое, серое, необходимое, ставшее в судьбу, — и внутренне согласное со всякой судьбой.

Питай свою душу подвигом и не будешь голоден по наслаждению.

И через 30-40 лет весь мир будет другой — ни одного знакомого лица, ничто...